Мой кумир хоккей - Страница 46


К оглавлению

46

Они посмотрели друг на друга.

— Как знаешь! — бросила Сара и выбежала из класса.

Некоторое время он стоял, опустив голову, сжимая кулаки в карманах. Когда придет время, он сумеет объяснить ей все и она, конечно, поймет. Билл верил в это. Тут же он вспомнил, как ласково и внимательно относились к нему в семье Гордонов… Он всегда был желанным гостем в их доме. Летом его часто приглашали к себе за город… А теперь, когда Сара в первый раз попросила его об одолжении, он отказал. Она имела право рассердиться… Горестное чувство овладело им… Но что поделаешь…

Охваченный грустными мыслями, Билл подошел к окну. Солнце светило в голубом небе, и снег, выпавший за ночь, таял. С крыш капало. Замешкавшиеся в школе, ученики спешили домой. Группа мальчишек на дворе что–то горячо обсуждала, и по их яростной жестикуляции Билл понял, что они заранее переживали возможные перипетии предстоящего матча и, конечно, твердо верили в победу над кельвинцами. «Вот о чем я сейчас должен думать, а не хандрить…»

По опустевшему коридору он прошел в туалет, вымыл руки, перед зеркалом принялся приводить в порядок густую шевелюру. Расческа утонула в его огромной ладони, словно ее и не было. Ростом он был шести футов, широкоплечий, хорошо сложенный, джинсы туго обтягивали его сильные ноги. Только глаза выдавали возраст, в них сочетались и решительность и неуверенность, — глаза мальчика.

Он еще причесывался, когда дверь отворилась и на пороге появился Пит Гордон.

— Пошли, увалень! — воскликнул Пит, придерживая дверь и жестом приглашая Билла поспешить. — Чем ты тут занят? Тратишь попусту время…

Мысли Билла сразу переключились на хоккей. Нет, не удастся ему сбегать за газетой.

— Состав команды утвержден? — спросил он.

— Еще нет, но чего тебе беспокоиться? Ты включен в команду, Ред же сказал!

— Просто интересуюсь, кто будет четвертым защитником.

В прошлом году Билл сыграл два матча в защите с Де — Гручи. В этом году Ред разъединил их. В пару с Биллом он поставил Рози Дюплесси. Де — Гручи тренировался теперь то с Нобби Уорреном, новым учеником, то с Гордоном Джемисоном.

— А тебе не все равно? — спросил Пит.

— Я хочу, чтобы Горд играл в команде, — сказал Билл. — Думаешь, весело один год быть в команде, а на следующий добиваться, чтобы попасть в нее? Но этот Уоррен силен… Налетает, как грузовик.

Пит ухмыльнулся.

— Чему ты? — спросил Билл.

— Обратил внимание, как ты говоришь. В прошлом году у тебя был такой английский акцент, что я даже удивился — поляк с английским произношением. Но теперь ты разговариваешь, как канадец.

— Мой отец всегда поправляет меня, если что не так. И к тому же я провел столько времени с вами, балбесами, — отшутился Билл.

Пит дружески толкнул его плечом. Они распахнули дверь в буфет. Там было светло и просторно, всюду кафель и стекло. В углу, рядом с качающимися на шарнирах дверцами на кухню, за столом, отведенным специально для хоккейной команды, сидели ребята.

Билл и Пит направились к стойке. Билл — взять стакан молока к своим сандвичам, а Пит — за горячим завтраком. Многие из сидевших окликали их, когда они проходили мимо. В большинстве своем, конечно, мальчики.

— Молодец, Спунский! Дай им сегодня жару!

— Привет, ребята!..

— Специально для меня забей гол, Гордон!

— Лучше дюжину!

Еще в прошлом году Спунский был никому не известен, а теперь его знала вся школа. Это было ему приятно.

Хоккеисты за столом обернулись.

А вот и Дамон с Пифиасом! — воскликнул Пол

Брабант, миловидный темноволосый юноша, вратарь команды.

— Давид и Голиаф, — добавил Пинчер Мартин, центровой в третьей тройке. За ворот рубашки у него была заткнута салфетка. Пинчер всегда тщательно следил за своим туалетом.

Рози, как обычно, был неистощим на выдумки.

— Послушай, Спунский, — напустив на себя серьезный вид, сказал он. — Ты теперь большой человек в команде, но это не оправдывает твоего опоздания. Питу пришлось разыскивать тебя. Учти, если такое повторится, мы продадим тебя училищу Сен — Джона за четыре пробирки и бунзеновскую горелку! — Рози громко расхохотался, как всегда над собственными шутками. Он приехал из Квебека и, естественно, говорил по–французски так же хорошо, как и по–английски, хотя однажды заметил, что это было не лучшей оценкой его знаний французского языка.

Пит подсел к Бенни Вонгу. Билл придвинул стул и устроился с краю стола возле Вика Де — Гручи. Ворчун доел завтрак и принялся за молоко. В ответ на приветствие Билла он что–то буркнул. В дни матчей он вступал в разговор только по очень серьезному поводу.

Рядком на другом конце стола сидели новенькие, вступившие в команду в этом году. Рыжий, в веснушках Скотти Макинтош тренировался в одной тройке с Пинчером Мартином и Бенни Вонгом. Рядом сидел Нобби Уоррен, кандидат в защитники, крепко сбитый, невысокий паренек. За дальним концом расположились трое мальчиков, посещавших все тренировки, но вряд ли имевших шанс попасть в основной состав команды, разве только если перед матчем кто–нибудь по какой–либо причине не сможет выйти на лед. Все трое учились в десятом классе, все, как один, высокие и тощие — Уорд, Сомерсет и Михалюк. Рози уже окрестил их «Три призрака». Тут же был здоровенный Клифф Армстронг, смуглое красивое лицо которого, как обычно, было угрюмо.

— Здорово, Клифф, — приветствовал его Билл.

— Привет.

Билл принялся за свои сандвичи, любопытствуя, что представляет из себя этот Армстронг, почему он такой замкнутый? Билл впервые увидел его в прошлом году в тот вечер, когда кельвинцы победили их со счетом 2:3 в финальном матче. После этой неудачи, хотя они отдали все силы, которых, однако, оказалось недостаточно, они с Питом вышли в фойе, где неподалеку от кофейного бара их ждала Сара с родителями.

46